О высадке союзников в Нормандии немцы узнали за несколько часов до её начала, когда немецкие солдаты взяли первых пленных. Это были десантники из числа тех, кто приземлился в тылу войск вермахта в ночь на 6 июня 1944 года. Но даже тогда, когда на горизонте появилась армада десантных судов, а земля затряслась от разрывов тысяч бомб и снарядов, немецкое главнокомандование и сам Гитлер продолжали верить в то, что это всего лишь отвлекающий удар, а основные силы союзников сойдут на берег в Па-де-Кале, а не в Нормандии.
Что бы ни думало командование вермахта, ясно было одно: десант надо сбросить в море как можно скорей и любой ценой. Помешало этому много факторов: внезапность высадки, абсолютное превосходство союзников в воздухе, действия бойцов французского Сопротивления. Немецкие генералы тоже проявили растерянность и не отдали жизненно важных приказов своевременно. Если бы они это сделали, то более тысячи немецких танков, находившихся в июне 44-го на Западном фронте, могли сильно усложнить задачи союзникам. Но отправить танки в бой можно было только с личного разрешения Гитлера, получить которое удалось далеко не сразу. Когда немецкая бронетехника всё же пошла в бой, первыми атаковали англичан солдаты 21-й танковой дивизии.
Всё, чем запомнилась читателям военно-исторического сайта Warspot минувшая неделя, теперь и на нашем портале.
22 июня 1941 года вооружённые силы Третьего Рейха и его союзников атаковали Советский Союз. В столь тяжёлой ситуации командование РККА спешно бросало в контратаки любые силы, чтобы выиграть время и сдержать врага. Одним из соединений, вступивших в бой в первый же день войны, стала 5-я танковая дивизия, которая попыталась остановить части 7-й танковой дивизии вермахта у литовского города Алитус. Что из этого вышло?
Провал операции «Ульм»
Если противника не удаётся победить во встречном бою лицом к лицу, очень эффективным может стать неожиданный удар в спину. Именно такую попытку если и не переломить ход Второй мировой войны на советско-германском фронте, то существенно ослабить СССР предприняло в середине 1943 года командование вермахта. В ходе операции «Ульм» предполагалось дотянуться, ни много ни мало, до оружейного арсенала русских — Урала. Что помешало?
Ключ к румынской нефти: бои на подступах
К весне 1944 года советские войска 2-го Украинского фронта под командованием маршала И. С. Конева вышли к юго-западному участку государственной границы СССР. Впереди была Румыния с её нефтью — главная на тот момент «бензоколонка» вермахта. Предстояли упорные бои, так как ставки для обеих противоборствующих сторон были слишком высоки. Как удалось разгромить немцев?
Warspot о наградах: флотская «отвага» и флотские «заслуги»
Летом 1943 года главком ВМФ СССР адмирал флота Н. Г. Кузнецов обратился лично к Сталину с предложением об учреждении специальных орденов для награждения командного состава флота. Причина была проста — ранее учреждённые «сухопутные» ордена Суворова, Кутузова и Александра Невского не пользовались популярностью у флотского командования. Почему?
Звери для арены
Наряду с поединками гладиаторов звериные травли были излюбленным развлечением в Древнем Риме. Тысячи экзотических животных со всех стран мира ежегодно демонстрировались публике на арене Колизея. Победа в такого рода поединке символизировала победу разума над дикостью, профессионализма над грубой силой. А началось всё с необычных животных, благодаря которым греки одолели римлян в III веке до н.э. Что это были за звери?
В конце февраля 1940 года состоялось практически единственное танковое сражение советско-финской войны. Оно произошло у полустанка Хонканиеми и закончилось победой советских танкистов и 35-й легкотанковой бригады.
Зимой 1940 года войска Красной армии столкнулись с ожесточенным сопротивлением финнов. Но, как считают историки, их действия носили характер партизанской войны. Танков у финской армии почти не было. Однако в конце февраля 1940 года на одном из участков фронта, в районе Хонканиеми, где вела наступление советская 35-я легкотанковая бригада, произошло достаточно крупное по меркам Зимней войны сражение между советскими и финскими танками.
С финской стороны это была 4-я танковая рота, в которой числились 12 «Виккерсов». Подавляющее большинство из них имели орудия калибра 37 миллиметров. Им противостояла рота советских танков Т-26, оснащенных более мощными пушками — калибра 45 миллиметров.
Этот бой начался с того, что пехотные части при поддержке Т-26 заняли станцию Кямяри и находящийся рядом полустанок Хонканиеми. Случилось это 25 февраля 1940 года. Финское командование отдало приказ освободить эти населенные пункты, тем более что советские бойцы не успели там основательно укрепиться. В бой должны были пойти военнослужащие 23-й пехотной дивизии при поддержке легких танков «Виккерс».
Основные боевые действия пришлись на 26 февраля. Но бой был быстрым и неудачным для финнов. В оперативной сводке 35-й танковой бригады за 26 февраля отмечается: два танка «Виккерс» с пехотой вышли на правый фланг 245-го стрелкового полка, но были подбиты. Четыре «Виккерса» пришли на помощь своей пехоте и были уничтожены огнем трех танков командиров рот, шедших на рекогносцировку.
Сохранились записи участника того сражения командира роты 112 танкового батальона 35 легкотанковой армии В. С. Архипова. Он отмечал, что «бой был одинаково неожиданным и для нас, и для врага. Для нас потому, что до того дня, до 26 февраля, мы вражеских танков не встречали и даже не слышали о них. Это первое. А второе — танки появились у нас в тылу, со стороны переезда, и лейтенант Сачков принял их за свои, за роту Кулабухова. Да и немудрено было спутать, так как легкий английский танк «Виккерс» был внешне похож на Т-26, только пушка посильней у советского».
Бой быстро закончился победой советских танков. Трофейные «Виккерсы» потом экспонировались в Москве на выставке «Разгром белофиннов» и в Ленинграде.
Впервые английские танки пошли в бой 15 сентября 1916 года. Но долгое время им не удавалось добиться большого успеха. Не считая, конечно, эмоционального эффекта: германские пехотинцы, увидев первые танки, были очень напуганы. Ненадежная конструкция первых танков и недостаточная обученность экипажей не позволили англичанам сразу же прорвать фронт. Танки прошли всего несколько километров, после чего застряли, сломались или вынуждены были вернуться к своим. А в последующих боях уже был утрачен эффект внезапности: немцы быстро научились бороться с новым противником. Однако и британцы сделали выводы из первых неудач. Теперь они заранее отрабатывали совместные действия танков с приданной им пехотой и артиллерией.
Сто лет назад, ранним утром 20 ноября 1917 года, британская артиллерия нанесла внезапный мощный удар по германским позициям на северо-востоке Франции, у города Камбре. Не успели немцы опомниться от артналёта, как обнаружили вражеские машины прямо перед собой. Английские танки, скрытно выйдя на исходные позиции, наступали под прикрытием утреннего тумана и подвижного огневого вала. Немцы просто не успевали вовремя занять оборону. За танками следовала пехота, а над полем боя господствовали английские самолеты, расстреливавшие оборонявшихся немцев.
В операции приняло участие почти 500 танков — никогда ранее на поле боя не выходило сразу столько боевых машин. Германский фронт был прорван, британцы продвинулись примерно на пять миль (8 километров), что было невиданным успехом по меркам Первой мировой войны. Немцы понесли огромные потери и находились на грани разгрома. Однако английская кавалерия, которая должна была закрепить успех танкистов, не справилась с задачей: изрытое поле боя не подходило для конных атак.
30 ноября немцы перешли в контратаку и отбросили англичан к исходным позициям. К этому времени большинство английских танков было подбито или вышло из строя, а их экипажи были сильно измотаны. Несмотря на такой результат, английская операция у Камбре вошла в историю как первый пример массированного совместного применения танков, пехоты, артиллерии и авиации.
Застрявший в траншее танк «Гиацинт» в окружении пехоты. Камбре, 20 ноября 1917 года. На заглавной фотографии танки подъезжают к месту проведения операции при Камбре. На их корпусах закреплены фашины для преодоления траншей
Также в этот день, 20 ноября, в 1945 году начался Нюрнбергский процесс над нацистскими преступниками, а в 1950 году воевавшие в Корее американцы, стремясь вернуться домой к Рождеству, перешли в наступление, которое не принесло им успеха.
24 апреля 1918 года недалеко от городка Вильер-Бретонн на севере Франции состоялся первый в истории танковый бой. В сражении принимали участие три немецких и три британских танка.
С британской стороны танки были представлены отделением из трёх танков Mk IV: двух «самок» с пулемётным вооружением и одного «самца», оснащённого двумя короткоствольными 6-фунтовыми пушками в бортовых спонсонах. Командовал отделением Mk IV капитан Дэвид Браун, находившийся в орудийном танке. Этим танком, в свою очередь, командовал лейтенант Фрэнк Митчелл.
Кроме MK IV в бою принимали участие 7 средних танков «Уиппет», более скоростных, но значительно хуже бронированных и вооружённых.
Англичанам противостояли три немецких тяжёлых танка A7V. Эти машины весили 30 тонн, имели неплохое для того времени бронирование, но были неповоротливыми и не могли похвастаться хорошей проходимостью. Вооружение A7V состояло из 57-мм пушки в переднем броневом листе и 6 пулеметов «Максим», расположенных по кругу. Обслуживал эту громадину экипаж из 18 человек.
Немцы вели наступление в направлении Амьена. Ранним утром 24 апреля капитан Браун вернулся с рекогносцировки и доложил о том, что ему удалось вскрыть направление движения немецкой пехоты. О том, что у наступающих немцев имеются танки, Брауну узнать не удалось. Английские танки двинулись по опушке леса, чтобы атаковать наступающую немецкую пехоту. Обзор у первых танков был очень плохим, так что вперёд отправился наблюдатель. Около 9 часов утра он прибежал и доложил, что обнаружил впереди немецкий танк.
Браун выскочил из своего танка и побежал к «самкам», чтобы предупредить их об опасности (пулемётные Mk IV не могли причинить вреда немецкому танку, а вот A7V, у которого была пушка, мог их просто расстрелять). В это же время лейтенант Митчелл, командовавший танком, приказал открыть огонь по врагу.
Немцы обнаружили британские пулемётные Mk IV как раз тогда, когда они разворачивались, чтобы отступить. Один из английских танков получил попадание, но остался на ходу. Танк Митчелла вёл на ходу огонь из орудия правого спонсона, но долгое время не мог пристреляться и попасть. Немецкий танк отступал задним ходом, ведя орудийный и пулеметный огонь по английской машине также без осязаемого результата.
Фрэнк Митчелл, исполнявший обязанности командира орудийного Mk IV, приказал англичанам остановиться. Это дало возможность прицелиться и трижды поразить немецкий танк. Немцы потеряли убитыми трёх членов экипажа, была повреждена масляная система. Задним ходом удалось отвести повреждённый A7V на два километра в тыл, после чего двигатель заглох.
Танк Митчелла переключился на артиллерийскую поддержку своей пехоты. В это время 7 «Уиппетов» проскочили линию проволочных заграждений, остановились перед английской линией обороны и прижали немецких солдат к земле пулемётным огнём.
К несчастью для английских танкистов, они оказались совсем недалеко от двух других A7V. Немцы, словно в тире, расстреляли два из семи танков. Остальные стали поспешно отступать, но буквально через несколько секунд у третьего «Уиппета» вышел из строя двигатель, и танк остановился. Четвёртый танк сломался немногим позже. Таким образом, из семи британских средних машин вернулись из боя невредимыми только три.
Митчелл тем временем открыл огонь по второму немецкому танку. Но удача отвернулась от него в этот день. Сначала на Mk IV сбросил бомбу английский лётчик, перепутавший с воздуха свою машину с вражеской, а затем от прямого попадания миномётной мины у танка порвалась гусеница. Митчелл отдал приказ покинуть машину и отступить.
Первый танковый бой не был масштабным, однако он наглядно продемонстрировал преимущество пушечного вооружения перед пулемётным. Наличие пушки стало обязательным для большинства танков, которые выпускались в Европе и в мире.
К апрелю 1918 года Германия оказалась сильно обескровлена Первой мировой войной, длившейся уже четыре года, и в отчаянной попытке переломить ход боевых действий в свою пользу предприняла решительное наступление. Удар был направлен на французский город Амьен — важный железнодорожный узел, где одновременно находился стык французской и английской армий. Немцы рассчитывали прорвать здесь оборону, пользуясь несогласованностью действий двух союзных армий Антанты. Если бы это произошло, ход войны мог бы пойти по другому сценарию.
Линия фронта находилась всего в семи километрах от Амьена. Немцам стоило лишь захватить небольшие деревушки Виллер-Бретонне и Каши, а также доминирующие высоты между ними — и вот Амьен лежал бы, как на ладони. Создавались все предпосылки для его точного обстрела артиллерией и быстрого захвата.
Чтобы реализовать этот план, немецкое командование сформировало на этом участке фронта три танковых отделения из бронированных монстров, получивших название A7V — в общей сложности 14 машин. Эта техника тогда еще не называлась танками и была самым современным оружием для своего времени.
Со стороны англичан на этом же участке фронта находились танки роты «А» 1-го танкового батальона общей численностью в 10 машин, которые потом и приняли участие в сражении.
На вооружении английской роты «А» находились три тяжелых танка Mk IV и семь средних танков Mk A Whippet (переводится с английского как «борзая»).
Mk IV выпускались в двух модификациях, получивших названия «самец» и «самка». Последние отличались тем, что были вооружены только пулеметами. » Самцы» же кроме пулеметов имели два шестифунтовых (57-миллимиетровых) короткоствольных орудия, расположенных по бортам. Предполагалось, что «самцы» будут бороться с пулеметными гнездами противника, а «самки» — только отсекать пехоту. Вообще Mk IV из-за своего узнаваемого ромбовидного силуэта стал самым известным танком Первой мировой воны. Mk IV был большим и неповоротливым, по пересеченной местности двигался со скоростью, едва превышающей 2-3 километра в час, а его экипаж составлял целых восемь человек.
Другие английские танки — Mk A Whippet — были гораздо шустрее. Эти танки весили всего 14 тонн, были вооружены только четырьмя пулеметами, но имели тонкую броню. Однако их скорость соответствовала названию («борзая»). По пересеченной местности они разгонялись до неслыханных для того времени восьми миль в час. Их проходимость считалась хорошей, а экипаж каждого танка составлял всего три человека.
Всем этим английским боевым машинам противостояли немецкие тяжелые A7V Sturmpanzerwagen. Экипаж каждоый машины состоял из 18 человек, а вес доходил до 33 тонн. На вооружении они имели 57-миллиметровую пушку и шесть пулеметов. Двигался танк со скоростью 10-12 километров в час, а его запас хода составлял 35 километров. По многим показателям эта машина превосходила английские танки. Но по своей сути она была не танком в современном понимании, а скорее артиллерийской платформой, поставленной на гусеницы, хорошо защищенной и предназначенной для поддержки пехоты. Среди недостатков A7V можно назвать плохую проходимость и сбалансированность (танки часто переворачивались). Все-таки они создавались в спешке, в конце войны.
24 апреля 1918 года в семь часов утра немцы начали наступление на деревушки Виллер-Бретонне и Каши. При поддержке пехоты в бой пошли три отделения танков A7V — в общей сложности 14 машин. Две группы танков выдвинулись непосредственно к Виллер-Бретонне, а третья, направилась к соседней Каши. Первым двум группам сопутствовал успех: они не встретили серьезного сопротивления и не столкнулись с английскими танками. Уже к полудню они вернулись на исходные позиции, выполнив все боевые задачи. А третьей группе, которая состояла из четырех танков A7V, суждено было стать участником первого в истории танкового сражения.
Группа из-за сильного тумана сбилась с пути и потеряла один танк — он свалился в овраг. Экипаж выбрался из поврежденной машины и принял участие в бою с британской пехотой.
Остальные три немецких танка в 9 часов 30 минут неожиданно столкнулась с колонной из трех английских танков Mk IV (один пушечный «самец» и две пулеметных «самки»). Между бронемашинами завязалась артиллерийская дуэль, в результате которой два британских пулеметных Mk IV быстро вышли из боя: немецкие танки смогли попасть в них, нанесли сильные повреждения, и английские «самки» быстро ретировались, фактически оказавшись подбитыми.
Дальнейшее противостояние свелось к сражению между немецким A7V № 561 (им командовал лейтенант Билтц) и британским Mk IV (под командованием лейтенанта Митчелла). Два других немецких танка (№ 525 и 504) заняли неудачные позиции и из-за рельефа местности не могли принимать участие в бою.
Немецкий танк № 561 под командованием Билтца стрелял только с места и вел огонь не только из пушки, но и из пулеметов — бронебойными пулями. Английский танк лейтенанта Митчелла постоянно маневрировал, но это мешало его наводчикам прицелиться. Митчелл начал делать короткие остановки — и такая тактика принесла плоды. Mk IV сумел трижды попасть в немецкую бронемашину. В результате в танке немецкого лейтенанта Билтца был убит артиллерист, а еще пять членов получили ранения: двое — смертельные, трое — легкие.
Немецкий танк отступил, вышел из боя, и, проехав два километра, заглох. Но и британский бронированный монстр не смог долго продолжать сражение. Буквально через несколько минут после победы над германским оппонентом (около 12.:45 дня), танку Митчелла миной разорвало гусеницу. Экипаж вынужден был его покинуть и сражаться в пешем строю.
Тем временем два других немецких танка (№ 525 и 504, командиры — Фридрих Биттер и Альберт Мюллер) задержались у деревни Каши, планируя при поддержке пехоты вновь атаковать английские позиции. Здесь развернулся второй этап первого в истории танкового сражения.
Британские экипажи посчитали, что понесли тяжелые потери из-за действий немецкой полевой артиллерии, так и не поняв, что находились под обстрелом двух германских танков A7V (№ 525 и 504). Из-за тумана британские «борзые» не заметили, что бронированные немецкие машины находились от них всего в 300 метрах. Это аукнулось британскому танковому батальону потерей четырех Whippet.
Официально считается, что победу в этом сражении одержала все же английская сторона, поскольку деревню Каши немцы так и не захватили.
Первое в истории танковое сражение заставило конструкторов и армейских генералов сразу же сделать несколько главных выводов о том, какой должна быть новая боевая машина, впервые пробовавшая себя на поле боя. Эти идеи предопределили дальнейшее развитие танков в XX веке.
Основным итогом явилось понимание, что именно пушка должна быть главным оружием танка. Потому что только она способна успешно бороться с другими бронемашинами. И наоборот, бронетехника, оснащенная только пулеметами, оказывается беззащитной перед орудием (два немецких A7V без проблем разделались с четырьмя английскими Mk A Whippet).
Другим немаловажным выводом стала необходимость обеспечения высокой скорости и маневренности танка (английский Mk IV благодаря маневрам не получил ни одного попадания от немецкой бронемашины во время артиллерийской дуэли), мощной брони, а также хорошего обзора для экипажа (британские Mk A Whippet не смогли заметить немецкие танки на поле боя под Каши).
Массивный, серо-дымчатый мираж –
Таков в крови рассвета горный кряж.
Опасно иссечён скалистый склон,
Куда попал на карте карандаш,
Куда за танком танк, носами в ров,
Прямой наводкой бьют, создав заслон.
Оружьем всех мастей нагружена,
На проволоку, в орудийный рев,
Пехота прёт вперёд. Отражена
На лицах лишь растерянность. Беги
Грохочет пульс, скрежещет сталь, в грязи
Английский поэт Зигфрид Сэссун, участник Первой мировой войны
Танк как решение проблемы позиционного тупика
Наступление англо-французских войск на реке Сомме в Северной Франции к осени 1916 года полностью выдохлось, сведясь к позиционной бойне. Попытки прорыва немецких оборонительных позиций, состоявших из многочисленных рядов траншей, щедро «приправленных» колючей проволокой, всякий раз оборачивались неудачей. При отсутствии заметных результатов потери в наступлении превосходили потери обороняющейся стороны в разы – например, за первый день наступления англичане потеряли около 20 000 человек убитыми и 40 000 ранеными, а потери немцев составили всего около 6000 солдат. Ситуация для англичан казалась тупиковой.
Генерал Дуглас Хейг, главнокомандующий Британскими экспедиционными силами во Франции в Первую мировую войну
Но у английского генерала Дугласа Хейга в рукаве был припрятан ещё один козырь – новое секретное оружие, которое с целью конспирации назвали tank – «бак, цистерна». Начав производство танков ещё в 1915 году, к осени 1916 года британцы смогли сделать около полусотни бронированных ромбовидных чудовищ. Гусеничные машины Mark I выпускались в двух модификациях – «самки» с пулемётным вооружением и «самцы» со смешанным пулемётно-артиллерийским (два 57-мм орудия и пулемёт).
Переправленные на материк, английские танки скрытно доставили к линии фронта. В результате ночных переходов по неразведанным маршрутам к сборным пунктам на передовой сумели добраться только 32 машины из 49 – часть танков завязла в грязи, часть вышла из строя из-за поломок. « Лунный» ландшафт поля боя с многочисленными взрывными воронками и гром артиллерийской канонады ошеломили личный состав экипажей боевых машин – большинство танкистов оказалось на фронте впервые.
«Лунный» ландшафт поля боёв на Сомме, 1916 г.
Британцы планировали атакой своей 4-й армии занять деревни Гведкур и Флёр, которые обороняла германская 1-я армия. На это раз самоубийственной атаке пехоты предшествовал дебют танков, на которые англичане возлагали большие надежды.
Первый танковый бой в истории
Ранним утром 15 сентября 1916 перед глазами окопавшихся немецких пехотинцев появился сам дьявол. В промежутках заградительного огня, предусмотрительно оставленных английскими артиллеристами, на позиции немцев двигалось нечто доселе невиданное.
Первым в атаку на немцев (первую танковую атаку в истории!) в 5.15 утра устремился танк-«самец» D1 капитана Мортимера. Уничтожив немецкое пулемётное гнездо в узле обороны между Жинши и Дельвиль Вуд, этот танк был выведен из строя снарядом, попавшим в ходовую часть. Но в бой уже вступали остальные танки.
Предположительно, танк D1 капитана Мортимера, первым вступивший в бой 15 сентября 1916 г.
Разрывая проволоку заграждения и переваливаясь через цепочки траншей, Mk.1 медленно, но уверенно ползли вперёд, одновременно вписывая себя и свои экипажи в мировую историю. Членам экипажа, кстати, приходилось работать в условиях, далёких от комфортных. Грохот орудий и пулемётов, ужасная задымлённость от пороховых и выхлопных газов гармонично дополнялись теснотой – внутри каждого из первых танков находился миниатюрный склад, включавший в себя баки с моторным маслом, топливом, водой, двухдневный запас продовольствия, запасные стволы к пулемётам, запасной пулемёт, снаряжение, а также средства связи в виде сигнального флага, сигнальных ламп и клетки с почтовыми голубями.
Реакцией немецких солдат на атаку британских танков стала паника. Обычный для Первой мировой войны военный психоз от непрерывных артиллерийских канонад — shell-shock — уже никого не удивлял. Но шок немецких войск от появления танков оказался ещё сильнее. Фраза «Дьявол идёт!», выкрикнутая кем-то из немецких солдат, распространилась по траншеям со скоростью пожара. Танкисты сквозь смотровые щели с удовлетворением наблюдали за убегающими с позиций фигурами в серой униформе «фельдграу». К мистическому страху добавлялся и вполне рациональный ужас от того, что индивидуальное стрелковое вооружение пехоты против новых стальных монстров было почти бесполезным.
Танк Mk.1 в битве на Сомме, 1916 г.
В ходе наступления некоторые из далеко не совершенных машин с грохотом обрушивались в немецкие убежища или беспомощно застревали в снарядных воронках. Экипажам приходилось экстренно покидать боевое отделение застрявших машин и пытаться вернуть их в строй. В ходе атаки по разным причинам было выведено из строя 10 танков, ещё 7 получили незначительные повреждения. Но те из Mk. I, которые шли дальше, проявили себя очень удачно.
Танк-«самец» D17 «Диннакен» лейтенанта Хасти первым вошёл в деревню Флёр, неспешно преследуя убегающих и прячущихся в погребах немцев. Британский авиационный разведчик, пролетавший над полем боя, не без удовольствия сообщал:
«Танк движется по главной улице деревни Флёр, и английские солдаты идут вслед за ним в хорошем настроении».
Проделывая проходы в проволочных заграждениях и давя пулемётные гнёзда, танки оказали ощутимую помощь британской пехоте. Остановившийся над германской траншеей, Mk.1 очистил её пулемётным огнём, а затем двинулся вдоль окопа, захватив в общей сложности 300 пленных. Другой танк открыл пехоте дорогу в деревню Гведекур, после чего, правда, был подбит артиллерийским выстрелом. Из охваченной пожаром машины сумели спастись лишь два члена экипажа.
Результаты
Безусловный тактический успех первого применения танков имел двоякое значение. С одной стороны, пять часов боя с их участием позволили англичанам при сравнительно небольших потерях захватить участок фронта протяжённостью до 10 км и продвинуться на несколько километров в глубину. Были взяты позиции, атаки на которые долгое время оставались безуспешными. Скептически оценивавший возможности танков, генерал Дуглас Хейг немедленно заказал производство ещё тысячи машин.
С другой стороны, в угоду тактическому наступлению англичане пожертвовали эффектом неожиданности. Впечатление от первого применения ошеломляющих боевых машин одновременно на многих участках могло быть намного сильнее. В реальности же новость об их использовании моментально разлетелась по всему фронту, а затем и по всему миру. Почти в каждой державе-участнице Первой мировой войны, в том числе и на стороне противника, закипела работа военных разведчиков и инженеров по созданию своих танков и средств борьбы с ними.
Чертёж германской противотанковой гранаты, добытый русской разведкой, 1917 г. Развитие танков и средств борьбы с ними с осени 1916 г. шло полным ходом
Российская империя в силу известных революционных событий так и не успела создать свои «сухопутные дредноуты», хотя тщательно следила за их эволюцией. В бумагах Главного управления Генерального штаба, сохранившихся в военных архивах, встречаются такие донесения за декабрь 1916-го (орфография первоисточника сохранена):
Именно события 15 сентября 1916 года сделали слово «танк» международным и наделили его новым, военным значением. Курьёзные окончания в конце слова в донесении выглядят забавно и объясняются новизной этого слова-заимствования в русском языке на тот момент.
Одновременно с появлением нового слова «танк» в военном лексиконе война приняла новый облик.
Сегодня ни для кого не является секретом тот факт, что основное оружие танка — это его пушка. Однако в начале прошлого века эта истина еще не являлась истиной. Первоначально танки разрабатывались для поддержки пехоты и подавления огневых средств противника, конструкторы даже не думали о том, что танк может стать и эффективным противотанковым средством. Поэтому англичане изначально вооружали некоторые свои танки исключительно пулеметами. Но уже первый в истории танковый бой, который произошел 24 апреля 1918 года, наглядно показал, какое именно оружие должно быть основным для танка.
Первая мировая война стала первой, в которой на поля сражений вышли танки. Первыми танки в боевых действиях использовали англичане. Это произошло 15 сентября 1916 года во время сражения на Сомме. Первые английские танки Mark I были далеки от совершенства, но абсолютно точно знакомы многим благодаря своему необычному внешнему виду. Эти танки представляли собой бронированную «коробку» ромбовидной формы с обведенной по ее корпусу стальной гусеницей. Данные машины при весе около 28 тонн обладали очень скромным бронированием — 10-12 мм лоб корпуса и до 5-6 мм борта. Такая броня могла защитить только от винтовочных пуль (не бронебойных), легких осколков снарядов и шрапнели. При этом танки не имели башни, вооружение располагалось в спонсонах, расположенных по бортам корпуса.
Изначально англичане создали танки двух типов: «самка» (пулеметный) и «самец» (пушечный). Конструкторы английского танка считали, что «самец» будет использоваться в основном против пулеметных гнезд противника, а «самка» против его живой силы. Таким образом, сразу же они внесли некоторое разделение по боевому назначению между двумя танками. Танки эти по хорошей дороге едва разгонялись до 6 км/ч, а вне дорог, где и велись основные боевые действия, едва делали 1-3 км/ч, то есть уступали по скорости пешеходу. Проблемой всех первых танков был также очень плохой обзор. Экипаж мог наблюдать за полем боя только через незащищенные щели, сквозь которые при обстреле могли залетать брызги расплавленного свинца. Неудивительно, что у танкистов тех лет очень распространены были глазные ранения.
Британский танк Mk IV («самец») с балкой для самовытаскивания
Вторыми танки использовали французы. Это произошло 16 апреля 1917 года. Дебют французских танков вышел неудачным. При этом французы бросили в атаку одновременно танки двух типов: «Шнейдер» и «Сен-шамон». Отличительной особенностью данных машин было то, что французские конструкторы изначально оснастили обе машины пушечным вооружением. Точно так же поступили и немцы, которые позднее всех вывели на поле боя свой танк — A7V. Первый бой немецких танков состоялся 21 марта 1918 года у местечка Сент-Кантен, расположенного примерно в 50 километрах от того места, где впервые были брошены в бой английские танки.
Так как немецкие танки, которых, к слову, было собрано всего 20 штук, появились на полях сражений Первой мировой войны только в последний ее год, столкновений между британскими, французскими и немецкими танками просто не происходило. Даже тот факт, что такой бой все-таки произошел, учитывая незначительность немецкого танкового парка (немцы вынуждены были использовать даже трофейные английские Mark I ), сам по себе уникален.
Первый танковый бой, который оказался встречным, произошел 24 апреля 1918 года у местечка Виллер-Бретонне. При этом отправившиеся в бой английские танкисты не подозревали, что на этом направлении немцы задействовали собственные танковые части. Ситуация на фронте на тот момент складывалась следующим образом: к апрелю 1918 года немцы находились на расстоянии всего 7 миль от Амьена — очень важного железнодорожного узла, который являлся также стыком британской и французской армий. Стоило немцам овладеть Виллер-Бретонне и высотами между ними и Каши, как в их руках появились бы отличные позиции для точного артиллерийского обстрела Амьена с возможностью его последующего захвата. Захват этого города мог иметь для союзников самые тяжелые последствия.
Британский танк Mk IV «самка» с пехотой на броне
Для предотвращения подобного развития событий французы ввели здесь в бой ударные части, включая подразделения Иностранного легиона, который частично занимал позиции у леса Бланжи (Bois de Blangy) в 4-х милях к западу от Виллер-Бретонне вместе с английскими танками роты «А» 1-го танкового батальона. Тактика боевого использования данных танков получила название «Дикие кролики». Английские танки использовались в контратаках, выжидая в засадах и лишь в самый важный момент, выскакивая на поле боя как «дикие кролики из своих нор», отмечал генерал Хью Эллес. Танки использовались для удара по флангам наступающих немецких частей.
На вооружении роты «А», которая до этого понесла серьезные потери, находились поспешно модифицированные тяжелые танки Mk IV, которые отличались от Mk I, главным образом, бронированием и размещение топливных баков вне корпуса. Отделение №1, которым командовал капитан Дж. Браун, состояло из трех танков — двух «самок», которые были вооружены лишь пулеметами и одного «самца», которым командовал 2-й лейтенант Фрэнк Митчелл. Помимо наличия двух короткоствольных 6-фунтовых орудий и отсутствия хвостовых колес, этот танк мало чем отличался от Mk I. Также в том бою приняло участие 7 английских средних танков Mk A «Whippet» (с англ. борзая), входивших в состав батальона «С», которым командовал капитана Т. Р. Прайс. Данные танки весили 14 тонн, были вооружены лишь четырьмя пулеметами и имели довольно тонкую броню. Однако скорость их достигала более 8 миль в час, а проходимость считалась хорошей. Экипаж каждого такого танка составлял 3 человека, в то время как в Mk IV их было 8.
Всем этим английским машинам противостояли немецкие тяжелые танки A7V Sturmpanzerwagen. С боевой загрузкой их вес доходил до 33 тонн, а экипаж состоял из 18 человек (командир танка, механик-водитель, два механика, артиллерист, заряжающий, а также 6 пулеметных команд (по 2 человека в каждой). Бронированы эти танки были лучше — до 15-30 мм. На вооружении этих боевых машин находилась 57-мм пушка и 6 пулеметов, которые размещались по всему периметру танка. Максимальная скорость немецкого танка достигала 10-12 км/ч по шоссе, запас хода составлял 35 км. По сути, это была хорошо защищенная мобильная артиллерийская платформа, которая была предназначена для поддержки пехотных частей. При этом первый немецкий танк был плохо сбалансирован, отличался плохой проходимость и недостаточной мощностью двигателя.
Британский танк Mk A «Whippet»
В 9:30 утра 24 апреля 1918 года колонна из трех английских танков Mk. IV (один пушечный и два пулеметных) выдвинулась в направлении траншеи Каши-Суитч, оборону которой они должны были укрепить. Только за 500 метров до непосредственного места боя англичане узнали о том, что на этом участке присутствуют три немецких танка A7V. На самом деле немецких танков должно было быть 4, однако из-за густого тумана они заблудились и один танк (Elfriede) выдвинулся слишком далеко на север, после чего свалился в кювет и перевернулся. Хотя экипаж данной боевой машины продолжил бой, сражаясь вместе с немецкой пехотой, сам танк в бою никакого участия уже не принимал.
В результате завязавшейся между танками артиллерийской дуэли два пулеметных Mk. IV быстро вышли из боя. Немецкие танкисты добились по ним нескольких прямых попаданий, нанеся им повреждения и фактически заставив выйти из боя. После этого танковая дуэль свелась к противостоянию пушечного Mk. IV Митчелла и одного A7V, которым командовал лейтенант Вильгельм Билтц. При этом превосходство в позиции оказалось на стороне англичан. Из-за особенностей ландшафта немцы не могли использовать два других своих танка A7V. При этом экипаж немецкого танка вел огонь с места, стреляя не только из пушки, но и из пулеметов — бронебойными пулями. В отличие от немцев, танк англичан постоянно маневрировал и, совершив несколько выстрелов с ходу, перешел к ведению огня с коротких остановок. В результате трех попаданий англичан в экипаже Билтца был убит артиллерист, еще два члена экипажа получили смертельные ранения, трое легкие. Танк получил повреждения и вынужден был отступить, покинув поле боя, отойдя на два километра, он просто заглох. Британский визави также не смог долго продолжать бой, где-то к 12:45 танку Митчелла миной разорвало гусеницу, после чего англичане также вынуждены были покинуть танк, укрывшись в траншее позади боевой машины.
Во время боя в небе появлялся британский самолет-разведчик, который незамедлительно запросил помощи у капитана Прайса, часть которого находилась в 5 километрах от Каши-Суитч. В результате 7 средних пулеметных танков Mk. A «Whippet» выдвинулись к месту боя, чтобы разгромить пехоту немцев в этом районе. При этом их экипажи ничего не знали о немецких танках. По какой причине летчик не сообщил им о них, неизвестно. Около 11 часов утра 7 танков Mk. A появились из-за северной окраины Каши, проскочив на максимальной скорости линию проволочных заграждений и выйдя к линии обороны.
Немецкий танк A7V с экипажем
В первые минуты боя им удалось внести смятение в ряды наступающей немецкой пехоты и рассечь ее атакующие порядки, продвигаясь вперед и ведя огонь по противнику из пулеметов. Затем неожиданно один из атакующих танков остановился, и Митчелл увидел, как из него повалили клубы дыма, потом загорелся еще один танк. Остальные пять начали пятиться к Каши, однако примерно в 100 метрах от деревни один танк остановился, из него выскочил танкист и подбежал к другому Mk. A, который забрал его с собой. Четвертый танк вышел из строя уже недалеко от сада вблизи деревни, то есть из боя без повреждений смогли вернуться только 3 английских танка.
При этом стоит отметить, что из-за неудовлетворительной видимости из танков и тумана над полем боя, экипажи Mk. A «Whippet» даже не поняли, что находились под обстрелом немецких танков. Свои потери они считали результатом действий немецкой полевой артиллерии из состава 4-й гвардейской дивизии, которая располагалась в этом районе. Немецкие артиллеристы действительно вели по ним огонь, но стрелял по ним и как минимум один танк из группы Билтца. Это был танк под номером 525, которым командовал Фридрих Биттер. Он вел огонь по англичанам с расстояния всего 300 метров, так что с большей долей вероятности мог поразить какое-то количество из 4-х потерянных англичанами танков.
Первый же в истории танковый бой наглядно показал конструкторам и военным преимущество пушечного танка и всю беспомощность перед ними пулеметных машин. Каждый из немецких танков A7V, участвовавших в этом бою, был вооружен 57-мм орудием. Несмотря на тот факт, что формально победителями сражения считаются англичане, за которыми в итоге осталось поле боя, немецким танкистам удалось всего лишь тремя танками эффективно противостоять 9 пулеметным и одному артиллерийскому танку англичан. Ставшее очевидным преимущество пушечных танков над пулеметными предопределило облик будущих боевых машин на много лет вперед.
Источники информации:http://www.dogswar.ru/armii-mira/vooryjennye-sily/1977-pervyi-tankovyi-boi.htmlhttp://armor.kiev.ua/lib/tank/3/t3.htmlhttp://otvaga2004.ru/tanki/v-boyah/pervyj-v-istorii-tankovyj-bojhttp://warspot.ru/1446-pervoe-tankovoe-otkrovenieМатериалы из открытых источников
Бой у Перье
Миновав Кан, Брониковски двигался дальше, к высотам у городка Перье. Немцы шли вслепую, не зная ни численности англичан, ни расположения их войск. Между тем группировка на пути немецких танков была весьма мощной: противотанковые пушки, несколько сотен пехотинцев (батальон Королевской Шропширской пехоты), а также частей Стаффордширских йоменов на танках «Шерман Файрфлай» и нескольких противотанковых самоходок М10.
«Файрфлай» для немцев был головной болью до самого конца войны. Эта британская модификация «Шермана» была вооружена отличным 17-фунтовым (76-мм) орудием английского производства, пробивавшим с километровой дистанции 120 миллиметров брони. Им и «Тигр» был бы по зубам, что уж говорить о Pz IV полковника Брониковски, приближавшихся к британцам. Кроме того, британцы занимали выгодные и хорошо подготовленные оборонительные позиции.
На немецкую колонну первым наткнулись разведчики Шропширского пехотного. Лейтенант Гарри Джонс вспоминал, что не поверил глазам, увидев, как немецкие танки выходят из леса. Вернувшись к своим, разведчики доложили об угрозе, и вскоре танки 21-й дивизии оказались под перекрёстным огнём. Огонь вели не менее 20 стволов, причём немцы долго не могли засечь их расположение.
Первый немецкий танк записал на свой счёт «Файрфлай» сержанта Биллингса, снаряд которого пробил башню одной из «четвёрок». Машина исчезла в огне сдетонировавшего боекомплекта. Немцев не спасало даже то, что на некоторых танках были установлены дополнительные бронированные экраны. Всего через несколько минут боя Брониковски лишился шести танков. Когда немцы всё-таки обнаружили британские танки и открыли ответный огонь, то оказалось, что броню «Файрфлаев» они пробить не могут, хотя дистанция стрельбы не превышала 600 метров.
Немцы всё же пробивались к Перье, повернув влево от британских позиций. « Шерманы» начали их преследовать, атакуя с флангов. Это усугубило положение танкистов Брониковски, потому что бортовая броня боевых машин тоньше лобовой. Только «Файрфлай» сержанта Джонсона уничтожил три Pz IV.
Немецкие танки попытались пробить оборону на высотах у Перье лобовым ударом. Британцы занимали выгодные возвышенности, в придачу немцам в глаза било солнце. Бой на полукилометровой дистанции закончился для немцев с плачевным счётом: десять подбитых и уничтоженных танков они «разменяли» на одну повреждённую самоходку М10. Немцы так и не смогли выбить британцев с их позиций.
Бронированный кулак с изъянами
К началу июня 1944 года в 21-й дивизии было 124 исправных танка (абсолютное большинство — Pz IV) и около 10 штурмовых орудий. Соединение остро нуждалось в запчастях и топливе, а его командующий, генерал-лейтенант Э. Фейхтингер, слабо разбирался в танковой тактике, потому что был артиллеристом.
Только к 16:00 немцы бросили танки против английских войск на пляже «Суорд»
К четырём часам вечера, когда дивизия наконец-то получила приказ о наступлении, англичане уже успели подавить все береговые батареи и обезвредить более 20 дотов на пляже «Суорд». Вскоре их войска должны были соединиться с канадцами, десантировавшимися на соседний пляж «Джуно», и ударить в направлении города Кана — важнейшего немецкого узла коммуникаций недалеко от побережья. Именно этому и собирались помешать немцы, бросая в бой танки 21-й дивизии. Две группы танков, одной из которых командовал полковник Йозеф Раух, а второй — полковник Герман фон Оппельн-Брониковски, должны были пробиться к побережью Ла-Манша на участке между городами Лион-сюр-Мер и Люк-сюр-Мер.
Немецкий офицер Ганс Люк вспоминал события «Дня Д» недобрыми словами: «Результатом несогласованности действий и проволочек стала потеря времени и людей, погибавших на марше под огнём авиации. Перегруппировка дивизии заняла часы. Большинству частей из района восточнее Кана и реки Орн приходилось, точно верблюду через игольное ушко, просачиваться через единственный мост, имевшийся в наличии на данном участке». Помимо всего прочего, танкистам пришлось преодолевать тот самый Кан, который союзная авиация жестоко разбомбила, превратив многие здания в груды обломков. Это обошлось немцам в несколько танков, вышедших из строя, а также в часы потерянного времени, каждая секунда которого 6 июня была для них на вес золота. В довершение всех зол, колонну Брониковски, прошедшую Кан, атаковали британские самолёты-штурмовики, подбившие около шести танков.
Время отступать
Брониковски отвёл танки в лес. И здесь немцы столкнулись с английскими машинами, которые решили пробиваться к Кану по кратчайшему пути. Один из британских «Шерманов» угодил под огонь сразу двух немецких танков и загорелся. Пехота, сопровождавшая их, оказалась под плотным обстрелом из винтовок и пулемётов. Брониковски ожидал новой атаки, но тут пришло известие, что в тылу высадилась британская десантная дивизия. Чтобы не попасть в окружение, 21-й дивизии пришлось отойти к Кану.
Пока происходили все эти злоключения с Брониковски, части группы Рауха (войска 192-го мотопехотного полка и шесть Pz IV) к 20:00 сумели приблизиться к побережью у Леон-сюр-Мер. Отсюда они прекрасно видели множество десантных судов в Ла-Манше. В бою у Леон-сюр-Мер группа потеряла много людей и артиллерии от атак с воздуха. Потом Раух также получил приказ об отходе, чтобы не быть окружённым.
Немецкий отчёт о контратаке 21-й дивизии 6 июня 1944 года сообщает о 54 потерянных танках. Из них только 16 оказались жертвами британских танков и артиллерии, остальные были утрачены либо по техническим причинам, либо от воздушных атак. Англичане потеряли пять «Файрфлаев», из которых большую часть уничтожили 88-мм орудия.
Пляж «Суорд» в первый день высадки остался за англичанами. На следующий день уже эсэсовская танковая дивизия обломала зубы об этот плацдарм. Теперь немцам оставалось только обороняться.
Автор текста — Станислав Черников
- Гастингс М. Операция «Оверлорд»: Как был открыт второй фронт. М.: Прогресс, 1989.
- Winter P. D-Day Documents. London: Bloomsbury Publishing, 2014.